Deprecated: Assigning the return value of new by reference is deprecated in /home/slonykk/domains/slonyk.com/public_html/classes/lib/external/DbSimple/Generic.php on line 113 Deprecated: Assigning the return value of new by reference is deprecated in /home/slonykk/domains/slonyk.com/public_html/classes/lib/external/DbSimple/Generic.php on line 133 Deprecated: Assigning the return value of new by reference is deprecated in /home/slonykk/domains/slonyk.com/public_html/classes/lib/external/DbSimple/Mysql.php on line 70 Warning: mb_substr() expects parameter 2 to be long, string given in /home/slonykk/domains/slonyk.com/public_html/classes/hooks/HookAdminlogs.class.php on line 41 ... / Пошук по теґам / Рожевий Слоник - творчість без рамок
  
 

...

Я гуляла в провалах памяти
Веками помятой
И в одном потеряла колечко
В другом потеряла словечко
Ну а в третьем — рассудок и зеркало
А в четвёртом посеяла зёрнышко

Потом ко мне прилетела птица
Слезинок напиться
Всходы клевала
Имя твоё напевала

Но в ушах моих воск одиссеевый
Звуки рассеивал
Звуки отваживал
Заживо
Хороня
Там где гуляла в провалах я

...

Росами плакали
звёздами звякали
ветром шумели
пили ели
тили-тили
ели пили
и сосны стояли глядя
на мыслей их тёмные глади
рябящие хляби
ветер их гладил
волосы с травами спутывал
ветер проник в них
ветер шумел в них
как весною родник
словно стих
в переулках пустых
дымкой белёсой под небом
сахарным вкусом под нёбом
тающим словно таящим
терпкий секрет своей кристалличности
тайну течения лично-безличности
в город где Некто стоит себя пригвоздив
к точке сужения перспектив

вони

  • +11
  • 30 липня 2011, 14:54
  • detail
  • 25

Поэт закрывает глаза и выходит из commы

Поэт закрывает глаза и выходит из commы
За скобки выносит невыносимое
вечнопредельное вечноискомое
поэт закрывает глаза и видит на карте
теней от предметов потусторонних
всё то что не впишешь в систему декарта

поэт открывает глаза выйдя из commы
он снайперски точно
вонзается в точку
сцепления звеньев
коро-/реинкар- наций словесной цепочки

5.

В ту минуту когда волосы Клары Викторовны покрыл первый иней, и, вспомнив о своём парике, она открыла шкаф, по причине чего и обнаружила сидящего там Ивана Тимофеевича с живо-мёртвым или скорее мертвенно-живым взглядом и приросшим к его нижней челюсти париком, вот как раз в эту самую минуту вернулась Марина Приблудина. Долгие блуждания под дождём с неё весь до последней капли дёготь, к тому же она снова начала спать, есть и пить и к тому же выпивать. Прийдя домой, она не говоря ни слова и не издавая ни единого звука, перочинным ножиком срезала свои длинные ливневые, пузырящиеся на концах волосы, сожгля их, разделила пепел на две части, одну смешала с мёдом, вторую — с дёгтем, зашила их в маленькие мешочки, потом где-то между рёбер сделала небольшой надрез, впопыхах, словно перед скорым отъездом вбрасывают в сумку не особо важные, но, возможно, способные на пригодность вещи, забросила туда два этих мешочка, а на надрез прицепила маленький замочек. Затем поцеловала Клару Викторовну и не успевшего выйти из себя Ивана Тимофеевича и унеслась прочь, оставив за собой густой долгий шлейф из запаха жжёных перьев. Через мгновение, равное одному морганию глазом Марина уже ехала в поезде в один чудесный всемирно известный город под названием Край Света. Кажется, ехала не одна, а с неким солнцеликим и яшмооким человеком.

Ингеборг Бахман. Из песен на дорогах бегства

Из песен на дорогах бегства

Суров закон любви! Хоть он двуликий,
Ему покорствуй, ибо он привносит
На землю небо, вечный и великий.
Петрарка, «Триумфы»

1
Ветвь пальмы сломилась об лёд,
зияет лестниц провал,
светом чужой зимы
город, застыв, засиял.

Дети, крича, бегут
к подножью Голодной горы,
молят небо о белой муке,
и небо им шлёт дары.

Блёстки и мишуру,
мандаринов златой загар
бешеный вихрь закрутил.
В небе кровавый шар.

2

Я тут лежу одна,
в ранах, затертая льдом,
снег ещё мне глаза
не завязал бинтом.

Трупы вокруг молчат
на всех языках планеты.
Никто не любит, никто
не ищет меня со светом!

3

Неистовый холод вторгся в чужие пределы.
Эскадрилья ветра море перелетела.
Залив сдался со всеми своими огнями.
Город пал.

Я безвинно в плену
в Неаполе покоренном,
где зима
громоздит до неба. Вомеро и Позиллипо,
где её белые молнии косят
под песни
и охрипшие громы
её права утверждают.

Я безвинна, и до Камальдоли
пинии размешивают тучи,
я безутешна, ибо не так-то скоро
дождь очистит заскорузлые пальмы,
я без надежды, ибо мне не спастись,
даже если рыбы загородят меня, плавники ощетинив,
даже если на заснеженном побережье
мне воздвигнут стену из пара
вечно тёплые волны,
даже если валы,
разбегаясь откроют путь к отступленью
для тех, кто спасается бегством.

4

Просвещённые в вопросах любви
десятками тысяч книг,
приобщенные к ней повтореньем
всё тех же жестов
и бессмысленных клятв,
посвящённые в тайны её,
но лишь здесь —
когда хлынула лава
и её дыханием нас обдало
у подножья вулкана,
когда изнурённый кратер
наконец разомкнул
эти замкнутые громады —

мы вступили в неведомые пределы
и озарили тьму
свечением наших пальцев.


( Читати далі )

приречена

ти знаєш, мене рве на шматки… таке відчуття, ніби нутрощі не вміщаються всередині. моє тіло давно стало замалим…

серце б"ється так швидко, що не встигаю рахувати…
а мозок, мій гнилий мозок давно уже не виконує призначених функцій.

приречена на смерть…

увесь твій достиглий біль висмоктані стигмати

увесь твій достиглий біль висмоктані стигмати
твоя колискова
насніться браття чи ви мені браття?
лягаю все спок
і хай ти пройдеш по мені як радянські танки по цій америці
парадним маршем
мертвим чобітьми зробленими із жінок
що їм тепер там злюбиться що їм тепер там стерпиться
як їм тепер там стертися

на польськім кордоні кинуті у болото
мов злоті
оті твої чоботи мертві жінки
бездзвінниці
церкви
оті твої першочергові призначення

безхатченка інвалід
платить за час ніби за кабельне телебачення
каже щось обрубок болить
щось і ртуть забилась під нігтями ховаючись від жалю
каже була і у мене одна така варила дощі густіші за борщ
усе носила своєму знекоронованому королю
і дорогу оту пам’ятає уся до останньої нитки своєї весни
до сережки у носі
тому і тікає від мене досі
  • +4
  • 22 травня 2011, 17:01
  • edel
  • 2

Червень

Його мрії загинули на Сандомирському плацдармі о шостій ранку разом з ним…
  • +4
  • 21 травня 2011, 15:17
  • Orest
  • 4

3.

Через пару лет случилось так, что Марина влюбилась в мальчика, лунноликого и топазоокого. Как только влюбилась — сразу же и призналась, а он в ответ вылил ей на голову целую бочку дёгтя, и, представьте, без единой ложки мёда. С тех пор Марина зареклась пить, есть и спать, но зато начала курить. И вот, одним утром, когда Марина ехала в троллейбусе в школу, а за окном по своим дождливым делам шёл дождь, она невзначай уснула, а потом проснулась от бьющего прямо в глаза солнечного света и обнаружила, что голова её покоится на плече топазоокого и лунноликого, она улыбнулась, и впервые в жизни заснула с улыбкой на губах и спала так очень долго, но когда она проснулась снова, троллейбус был пуст, а улица уже испустила свой последний вздох сумерек. Дождь не прекращался, и Марина Приблудина вышла наружу, и ёжась от холода попрыгала из лужи в лужу, как с кочки на кочку в неизвестном направлении.