Зі свого ребра
ти зробив бумеранг,
щоб вона завжди поверталася.

Укрылось,
возможно песком
засыпано по края коленных чашечек
укутано пылью пустого дома
где у двери
колышутся шторами листья подорожника
и ты ложками, деревянными палочками
бамбуковых звуков
собираешь в подол платья
хворост и перья птиц
для очередного соломенного бычка.
пригоршней удивления, будто охрой
натираешь его тело
чтобы слаще
чтобы жарче огнива горел
маяком на рассвете, в окнах спальни
но отпускаешь его усталостью ожидания и свежего сена воли.
в бликах кораблей на мостике позвоночника
бежит лошадка
в каждой ниточке, что в гриву завязана
в каждой радости, что об копыто звенит
бежит лошадка волнами
машет белым флагом гривы
словно твой лик
в трюме
словно зеркало в руках охотника
что из воды тебя чеканит
и выжидает.
а рука твоя, клювами чаек
все бамбуковую песню
просит.

Молчание
щурит глаз левый
закрытой дверью
Птица Грома стучится крыльями
каждый день.
на твоих скулах держится воздух
кроны деревьев
горящие кольца нацеленные темнотой летней наготы
прыгаю из одного в другое, словно одеваюсь
прыгаю вместе с зайцами, что в силках затаились.

каждый день закипает вода в луже
пузырьки это слова —
есть и не будет
молнии – это петли для любознательных и смелых
мы — это две соты, с одной стороной
окном без часовой стрелки.

смотри, на вершине горы
воск становится камушком на шее
смотри, с вершины горы
Птица Грома прилетает бросить неведомое
но липовым медом
крылья пчелы слипаются,
словно твои уста.

Поцелуй Чужого.
В чьем рту искать общий язык?

мой страх
горной дорогой катится бубенцом на шелковом платье
падает камушком зарницы в око, что видела в новолуние.
слышала песню где
приворотное зелье
горсточкой земляники в руке ведьмы
капает молнией на грудь девицы
на подошвах ее оседает прахом твоих предков
в каждом цветке на платье
сосновой лучиной вышивает она шаги твои
косы ее двумя кошками на пороге пригрелись в белизне утра.
смола это мед
клинок это перо в волосах
огонь это твой будущий ребенок.
возвращайся
всю как есть забирай ее.

Ты победил
каждым нашедшим счастье под крышечкой от пива
прикрой ею мои глаза от солнца
вбей ее в мою дверь ордером на арест.
ты победил
наивностью ребенка лезущего к себе в душу
в надежде найти там недостающее колесико.
твой герой – это вратарь что прикрывает грудь эмблемой команды
но скрещивает пальцы, держа за спиной пивную кружку.
его длинные гольфы прошлой жизни
одетые не вовремя, будто галстук на пляже
обвивают твою шею изношенным ремнем безопасности
перепутавши его с часовым поясом машины времени
так и не сделав решающий шаг.
теперь ты пенсионер на море, играющий в бадминтон
познавший жизнь главного приза
и скорость оседания
в перерывах пожираешь еду быстрого приготовления
и смотришь футбол.

Равновесие
Лебедь запутался в перьях своих
Став сильнее.

Прыгаю со скакалкой улыбки твоей.
Не удивляйся.

Заблуждение
вместо руки на пульсе –
дихотомия конечностей.
губы в форме помады
пальцами прилипли к голове,
нащупывая рассыпанные красные зернышки от погремушки.
Заблуждение
снег на ветке упал вместе с веткой в чашку из-под
лужи,
акула вместе с оленем охотиться на оленя
ритм и свет на его убегающих туфлях, двумя трещинами на изгибах, словно челюстями разделяет нас,
открывая пасть
и хлопая ею, как торговец книг закрывает сумку, выбивает и насвистывает песенку, уходя с работы.
воздушный змей зарылся в песок,
подстерегая мальчика со школы — воздушный мальчик зарылся в песок,
подстерегая змея со школы,
а я вижу, как он тащит портфель.

Ритм сердцебиения подростка
Это рисунки одиночных звезд на партах
Бесцветной гелиевой ручкой,
Пока высокий голос
Воздушным шаром улетает
Во вселенную большого взрыва.